ШУМ САМОЛЕТА


Грусть – это то, что происходит с человеком, который остается один на один со своей памятью, один на один с шумом самолета над головой.


По телу мерной дрожью звук двигателей раздаётся и рикошетом уходит в дребезжащее окно. Ах, эти самолёты, как было бы без вас легко. Не успевает прошуметь один, как шум последующего возникает, вливаясь в предыдущий, рисует расстояние – октавы, интервалы, гаммы, - а вам все мало, мало, мало…
Крылатых гигантов звон ложится грузно на патефон моих воспоминаний. Сквозь часовые пояса титаны тянут разочарованье (сюиту улетающих надежд), ничуть сами того не понимая, что груз их – грусть, и слышно её на 10 тысяч километров ниже, под облаками. Парадоксально то, что слушатель отнюдь не пассажир, а пешеход, невидимый, благодаря дистанции, пунктир, чаинка в чашке мегаполиса, что пролетает этот самолет всего за несколько минут, как рыба озеро.
На дне - повестка…на повестке дня – дистанция, объективацией которой являются жужжащие моторы. Я приближаюсь к Вам, мадмуазель Саган, уже продвинулся на запад, к морю, пока Балтийскому. В Буквальном смысле - покинул Нижний, в столице Северной теперь, где Достоевский ходил. Хотя, Вам, знаю, всё равно, ему Вы предпочли Марселя.
Про расстояние... - физическое... оно, конечно, не фатально, в противовес спиритуальному. Оно преодолимо, но вместе с тем, имеет ряд симптомов неизлечимых – физическую боль, что каждой клеткой ноет, и грусть физическую, которая концами пальцев с утра до ночи дирижирует.